Тюрьма и дети

Одной рукой держа под мышкой скрученный матрац, а другой баул с личными вещами, я без всяких эмоций тащился за вертухаем давным-давно знакомыми коридорами тюрьмы. За пол года, проведённые в Бутырке, подобная «тусня» из хаты в хату стала делом обыденным, и совершенно не интересным.

Я помню, как это было в первый раз. Чувство полной неизвестности давило адским напряжением. В голове беспорядочно проносилось тысячи мыслей. Я шел по первому этажу здания СИЗО, то и дело поднимая взгляд на многоярусные вереницы железных дверей, за которыми всеми фибрами своего существа ощущал дыхание какой-то живой ауры.

Но на этот раз, всё было по-другому. Вертухай остановился у дверного проёма и сунул увесистый ключ в замочную скважину засова. Чисто механически я взглянул на номер хаты, и приготовился войти. Я не ждал никаких сюрпризов, разве только что некоторую заинтересованность в моей персоне, которая, как и всё новое, на несколько дней оживит болтовню в хате. Лязгнул железный засов, и вертухай привычным движением, молча потянул на себя ручку тяжёлой двери. Она наполовину открылась, и я уверенно протиснулся внутрь. Это была стандартная пятиместная камера. Но в тот момент, когда я уже было, раскрыл рот для обычного приветствия, случилось нечто, к чему я никак небыл готов. Мой первый взгляд, вдруг упал на мальчишеское лицо с любопытными, чуть удивлёнными глазами. Это продолжалось буквально секунды две, но мне потребовалось немало усилий, чтобы не растеряться от этой неожиданности и вернуть на мгновение утраченный над собой контроль. Внешне оставаясь спокойным, я поздоровался с остальными сокамерниками и положил матрац на пустую шконку. После короткого разговора типа: "кто ты по тюрьме, и из какой хаты съехал", меня пригласили присесть за стол. В глазах арестанта-новичка, такое поведение, наверное выглядело бы так, как будто я вернулся в свою же собственную камеру после встречи со следаком. Тут же завязался непринуждённый и раскованный разговор. Я достал из баула чай, завёрнутый в газетную бумагу, и положил его на стол. Последовала одобрительная реакция, и в хате началась возня по приготовлению чафира.

Всё это время я мельком посматривал на мальчишку. Ему было не большне 14-ти, худенький, глазастенький, такой совершенно не тюремный пацаненок. Он был одет в красную, расстегнутую нараспашку фланелевую разгильдяйку. Почему мальчишка произвел на меня такое впечатление? Дело в том, что в тюрьме можно увидеть кого угодно - мужчину, женщину (среди работников тюрьмы довольно много женщин, в том числе молодых и привлекательных), кошку, собаку. Единственно никогда вы не сможете за весь срок заключения увидеть ни одного ребенка. Ребенок - это понятие сугубо вольное, маленький кусочек того, свободного мира за колючей проволкой. Тем более, что обвинялся я в развратных действиях в отношении несовершеннолетних. Я не буду здесь касаться темы моей виновности или невиновности. Напомню только, что по словам нашего президента даже сейчас каждый третий , отбывающий наказание - невиновен. А в советские времена с правосудием было еще хуже...

За всё время пребывания в тюрьме, после того, как я съехал с первой, специальной, так называемой "половой хаты» (камеры для подследственных подозреваемых в сексуальном преступлении), в тюрьме больше никто так и не узнал, что мне инкриминируется ст.120 УК. РСФСР. Максимальное наказание по этой статье до 3-лет. В СИЗО, менты вообще не заинтересованы выдавать какую-либо инфу, и не требуют, как например, на этапе, (когда ты уже осужден), точно называть свою статью УК. Поэтому можно говорить все, что тебе угодно. Я говорил: ст.89ч.2 УК. РСФСР (кража государственного имущества), и ст. 210 УК. РСФСР (вовлечение несовершеннолетних в преступную деятельность).

Наверно многих удивил один вопрос: Как может быть такое, что малолетка находился в камере с взрослыми? Всё верно. Малолеток в тюрьмах содержат отдельно от взрослых, тем более что на Бутырской тюрьме, подследственных хат с ними вообще несуществует. В Москве малолетки сидят на " Матроске". (Сизо, под названием Матросская тишина). Всё дело в том, что этот рассказ повествует не о "подследственных камерах", а о так называемых "камерах-признанках".

Я немного остановлюсь на них. Иногда, когда у следствия, или суда, есть основания полагать, что подозреваемый психически неадекватен, его посылают на освидетельствование врача психиатра. Врач, после разговора с подозреваемым может поместить его в стационар для более тщательного медицинского обследования. В Москве, таким стационаром является НИИ психиатрической суд.мед. экспертизы им.Сербского.(в народе "Серпы").Если подозреваемый признан невменяемым по отношению к инкриминируемому ему деянию, то суд, согласно рекомендациям врача, освобождает подозреваемого от уголовной ответственности, и назначает принудительное лечение в психиатрической больнице. Подобные больницы подразделяются на 3-ре режима:

1)Общий

2)Усиленный

3)Специальный. После прохождения суд. мед. экспертизы и признания невменяемым, человек считается уже не "подозреваемым", а больным, однако вновь возвращается в тюрьму для ожидания этапа к месту принудительного лечения. Но возвращается он не в подследственную камеру, а в вышеупомянутую мной камеру- признанку. Этапа на больничку приходиться ждать достаточно долго, в среднем где-то около 3-х месяцев. Не задерживаясь более на этой теме, просто скажу, что через пол года, моего нахождения в больнице усиленного типа и содержания в отдельной камере, а не вместе с остальными больными, с Латвии вызвали мою мать, и когда она приехала, меня освободили из данного учреждения. В разговоре один на один с моей матерью, психиатр сказал ей следующую фразу:

- Поверьте моему многолетниму опыту, ваш сын абсолютно психически здоров. По всей видимости в Институте Сербского его просто пожалели, поставив диагноз не существующей у него болезни.

Так вот, на "Матросской тишине, таких камер-признанок нет, поэтому малолеток переводят в Бутырку. Причём, во избежании суицида (попыток самоубийства), сажают не вместе с такими же по возрасту, а со взрослыми. Вот так, я и оказался в одной хате с мальчиком по имени Алексей.

Тюрьма, это маленький микромир, или говоря по-другому, мир в его миниатюрном виде. Всё, что человек мог скрывать в своей душе, находясь на свободе, в тюрьме оголяется, и выходит наружу. Всё тайное становиться явным. Доброе и злое, благородное и низкое. Всё становиться видным, как на ладони. В тюрьме, открываются даже такие качества души, о которых сам в себе человек не подозревал. Белое может превратиться в чёрное, а чёрное в белое.

Пробыв в камере неделю, я подметил для себя, что мои сокамерники «взрослячки», оказались редкостными мерзавцами. Один на воле когда-то занимался боксом и сидит за избиение до полусмерти своей жены. Другой в пьяном состоянии вёл машину и сбил ребёнка. Третий обворовал соседа, предварительно его напоив водкой. Всех их объединяло только одно - они были «быки» физически, и «быки» духовно. Про таких на воле говоря «полный отстой», или «отморозки». Благо то, что за пол года пребывания в сём учреждении, я научился умению, приспосабливаться к любым ситуациям, лгать, льстить, выслушивать чьи-то бредни, когда тебе это совсем не интересно, короче говоря, научился умению выживать. Иначе нельзя, задавят. Да и что я мог, со своими 63-мя килограммами веса противопоставить этим жлобам? Было, конечно, одно обстоятельство, которое тоже играло свою роль в моей относительно беспроблемной жизни в тюрьме.

Будучи на воле, я с 14-ти лет очень любил петь под гитару. В 15-ть лет получил звание лауреата конкурса молодёжной песни ЛССР. Учился в Ленинградской консерватории. Да и в Москве зарабатывая приличные бабки на «старом Арбате», допелся до того, что мной заинтересовался один небезызвестный человек в кругах шоу- бизнеса, Аркадий Хайт, с которым я уже начал посещать некоторых менеджеров для прослушивания и оценки перспективы продвижения на этом поприще. Правда тогда я и представить себе не мог, что мне доведется петь арестантские песни в тюрьме. И прославиться. Я никогда не представлял, что простыми песнями можно устроить на тюрьме настоящий бунт. Но сейчас не об этом.

Два раза в неделю нас всей хатой выдёргивали в душ. Как правило, двери на время мытья закрывались и никого не интересовало, что там может происходить. Мне доводилось видать некоторые сцены. Но сейчас не об этом. Когда я увидел Лёшку голым, то с ужасом почувствовал, что у меня наклевывается проблема. Такое часто бывает в тюрьме - длительный сексуальный голод толкает людей к гомосексуализму. Как рассказывал мне один старый зек, через несколько лет человека начинает просто тянуть к телу. Безразлично чьему. Мальчик, юноша для зеков всегда является более соблазнительным объектом, так внешне ближе к девушке, чем взрослый волосатый и бороатый мужик. Я понял, что если не заставлю себя не смотреть в его сторону, то могу угодить в непонятку. Тогда, я ещё не знал, что если бы это и случилось по отношению к Алексею, то было бы принято остальными с полным пониманием и одобрением.

Долго, ждать прозрения не пришлось. В тюрьме, у меня вдруг начались какие-то неприятные ощущения в области сердца, и я попросил вертухая сообщить об этом тюремному «лепиле» (врач), как позже выяснилось, мои опасения были напрасны, это была просто межрёберная невралгия. Меня выдернули из хаты и повели к врачу. Там сделали ЭКГ, ещё какую-то проверку. Затем они долго оформляли какие-то документы, связанные с моим медицинским делом. В конце концов, меня отправили обратно в камеру. За время моего пребывания в хате я подружился с Алешкой. Я чувствовал, что он тянется ко мне, наверно ему что-то подсказала его детская интуиция. Вернувшись в камеру от врача, я сразу понял, что за время моего отсутствия, что-то произошло. Алексей сидел на шконке, опустив голову вниз, и ревел. Я спросил, почему он ревёт? В ответ один из сокамерников ехидно улыбнулся и процедил сквозь зубы - потому что девочка. До меня не дошел смысл этих слов, и я подумал, что его просто кто-то ударил. Лишь во время ужина я понял, что произошло самое ужасное. Когда принесли баланду, и мы уселись за стол, Алексей остался на шконке.

Часа в два ночи, я проснулся, и сонный побрёл отлить на "дальняк" (туалет). Оправившись, я развернулся, что бы идти обратно спать, но вдруг увидел, что Алёша сидит, калачиком обнявши коленки обоими руками, и тихо плачет. Все в камере спали. Алексей поднял голову и смотря на меня глазами полными слёз и ужаса, стал что-то беззвучно мне говорить. По артикуляции губ я понял. Он говорил одну и туже фразу: Спаси меня! Я опустил глаза, и демонстративно окинувши взглядом остальных, так же только губами ответил, дескать: Что я могу один сделать!? Я улёгся на шконку, и задумался над ситуацией. Я перебирал всякие варианты, чем я могу ему помочь? Отписать маляву в следственные хаты? Отписать маляву о беспределе Захару (был такой вор на тюрьме в то время)? Только кто будет впрягаться в дела признанки?! А главное, обиженному пути назад нет. Для справки - обиженный не имеет права садиться за стол с другими, есть из общей посуду, прикасаться к общей еде, здороваться за руку. Зато он должен мыть дальняк, полы. Кроме того Алешка был не просто обиженный, а опущенный. Опущенного могут и дальше насиловать все желающие. Для подростка попасть в обиженные - полный слом личности, конец жизни. Я понял, что у меня нет иного выбора, как только вступить в макли с «опером». Но если бы об этом узнали, то одной только жопой можно было бы и не отделаться. Я написал маляву (записку) опер. уполномоченному, где в краткой форме изложил, всё, что произошло, и добавил, что если мальчишку оставят в хате, то я заточу вилку и ночью перережу всех этих мразей как свиней. На наружной части написал: «ОПЕР. УПОЛНОМОЧЕННОМУ.»

Расчёт оказался точен. На утро, вовремя получения пищи, я сбросил её в «кормушку» (маленькое окошко в двери). Я знал, что «баландёр», хоть и зек, но предавать не станет, а передаст записку по назначению. Почти все баландеры - козлы (стукачи по тюремному) и работают на оперов.

Где-то через час, дверь камеры открылась, и вертухай, назвав мою фамилию и фамилию Алексея, сказал: С вещами на выход! Смострячив ничего не понимающее выражение лица, я быстро скатал свой матрас и вышел из камеры. Нас вместе с Алёшкой повели на другое крыло тюрьмы. Когда мы шли по коридору, я, обернувшись, посмотрел ему в глаза и многозначительно улыбнулся. А он сразу всё понял и тоже в ответ просиял улыбкой. Нас подвели к новой камере и открыли дверь. Камера была пуста! Как только двери захлопнулись, в первый раз за всё это время, я обнял Алёшку. А он просто разревелся… Уже через пол часа он спал, а я курил самокрутку и смотрел на мальчишку. В первый раз за всё это время мне не хотелось на волю… О таком развитии событий я и думать не мог, ведь "опер" знал по какой статье меня закрыли.

На следующий день меня выдернули из хаты к оперу на беседу. Перед этим, Алексей уже успел рассказать мне, что произошло в той камере. Его пригласили поиграть в домино. Он согласился. Затем один сказал:

- Просто так играть, не по кайфу!

Другой:

- Ну, и на что тогда играем?

Первый:

- На жопу! (смеясь, как бы в шутку)

Алешка, конечно, и принял это как шутку, а когда он проиграл, ему кинули «предъяву», что играли всерьёз, что ему лучше не подымать шума, так как платить по условиям игры - непререкаемое тюремное правило. В общем, «проехали ему по ушам» за «понятия». Откуда мальчишке было знать, что по «понятиям» под «красным крестом» вообще запрещены все разборки, и что даже «вор» «суку» не обидит. И что «на жопу» в тюрьме предлагать играть «стрёмно» по тем же «арестантским понятиям».

Когда меня привели к оперу, я был немного удивлён его обходительностью, хотя в его кабинете был уже второй раз(первый раз был из-за арестантских песен). Назвав меня по имени, он предложил сесть, положил передо мной пачку «космоса» и спросил, не хочу ли кофейку с печеньем? Гы…Ох и хитрые эти менты, без мыла в жопу залезут, когда им что-то надо. Я знал, что он к чему-то «подкатывает яйца», вот только к чему, никак не мог понять. В сущности объяснений долго ждать не пришлось:

- Слушай Сергей, у меня есть ещё несколько малолеток, с ними такая же хрень. Ты бы не мог их у себя пригреть?

Не сдержавши улыбку, я спросил его:

- Гражданин начальник, а вы при принятии своего решения, разом не моей статьёй руководствовались?

Он оценил мой юмор и откровенно рассмеялся.

- Не думай, что ты у меня первый такой. Вы педофилы не все маньяки. Знаю я вашего брата!

Часа через два после того, как я вернулся, в камеру закинули ещё двух пацанов. Я заметил, что они немного напряжены, и даже Алексей начал чем- то «грузиться». Что бы с этим покончить, я просто рассказал им всю правду. И про то, что у всех у них были проблемы в прежних хатах, и о чём меня просил опер, и даже о том, за что сам сижу. После этого разговора, от их напряжения, не осталось и следа. А я, буквально через несколько дней перестал быть взрослым. Дни, проведённые с мальчишками в этой камере, были самыми счастливыми днями моей жизни, потому что я просто впал в мальчишеское детство.

- Блин, как курить хочется!

- А ты подрачи, легче станет!

*- Да заеб..ся я уже дрочить, я курить хочу!

- Гы... Слышь, Серый, а что мне будет, если я курить достану?!

*- А вот пока не достанешь, больше ничего не будет! И на шконку я тебя к себе не пущу!

- Гы... А я тогда из хаты свалю !

*- Да никуда ты нах.. не свалишь! Ну подкричи ты мужикам, пусть курёхи подгонят, а то у всех уже уши опухли.

- Да мы уже всех достали с этой курёхой ! Ладно, попробую...

Стены тюрьмы были очень толстыми, поэтому в проёме окна можно было свободно сидеть на подоконнике. Окно было зарешечено со стороны камеры железными "ресничками", а с внешней стороны, прутьями из толстой арматуры. Я влез на подоконник и несколько раз крикнул в решку :

- Три, Один, Семь! Три, Один, Семь!

*- Говори!

- Это Три, Один, Девять. Слышь браток! Подгони курёхи по возможности, а то у меня малолетки в хате совсем опухли.

*- Паганини, ты что ли!? ("погоняло" (прозвище) Паганини мне дали на тюрьме за устроенный там импровизированный концерт)

- Да!

*- А, как тебе переправить? 318-я пустая, а верхняя "дорог" не держит. Хрен знает, кто там сидит!?

- Выстави маяк, я попробую перекинуть "дорогу"!

Вся "арестантская почта" в тюрьме, переправляется по так называемым "дорогам". Это длинные, самодельные верёвки, сделанные из распущенных носков и свитеров. "Дороги" - неизменный и очень важный атрибут тюрьмы. Они соединяют соседние хаты, и по ним переправляются всевозможные "грузы" и "малявы" с внешней стороны оконных решёток . После того, как "груз" привязан к дороге, следует два удара в стенку, что обозначает "принимай", т.е. тяни верёвку на себя. Главное, это наладить "дорогу". После того, как верёвка сделана, на её конец прикрепляется какое-нибудь грузило. Обычно, это смятый хлебный шарик. Для того, чтобы перебросить верёвку с грузилом необходимо, чтобы соседняя хата выставила маяк. Маяк - это просто свёрнутая в трубочку газета, которая высовывается через «решку»(решетку) наружу. Чтобы накинуть дорогу на этот маяк, нужно так же сделать твёрдую трубку из газеты, положить конец верёвки с грузом на конец трубки, высунуть её через решотку наружу, и круговым движением, как "закидушку", запустить в сторону маяка. Для того, чтобы забросить дорогу через камеру, нужно иметь незаурядный навык, но если тренироваться, то со временем это начинает получаться. Стоит заметить, что мальчишки в тюрьме очень любят возиться с "дорогами", ведь это увлекательное дело, однако очень ответственное. Ведь если дорога порвётся и чужой груз упадёт, то "безутешный" хозяин груза, долго будет выдавать моральных пиздюлей нерадивому "дорожнику". Мне удалось наладить дорогу, и получить небольшой подгон "табака", а самое восхитительное, было то, что нам ещё выслали чаю на одну замутку «чафира»(очень крепкой заварки), и мы все здорово повеселились.

Чафир делается следующим образом: Разрывают простынь, и из лоскута сворачивается трубка, затем её поджигают, и кипятят на огне воду в кружке. Затем туда засыпается чай. Сделав крепкую, тягучую заварку, дают немного отстояться. Чафир резко повышает тонус, в результате чего появляеться лёгкая эйфория и хорошее настроение.

- Слышь, Серёга, здесь же все свои, может расскажешь, за что в «непонятку» влетел в бывшей хате?

*- Да это мой подельник мне говно сделал, когда я ещё на "матроске" под следствием сидел. Сам в ментуре раскололся, а на меня свалил, будто бы я всех заложил. Он написал маляву в мою камеру, ну мне короче и предъявили...

- Чё сделали?

*- Да чё сделали?! Хором по еб..лу настучали, а потом ...

- Больно было?

*- Нет, приятно было! Два дня срать боялся... Я толком ничего и не помню, вся рожа синяя была. Ночью хотел повеситься, увидели и опять избили.

- Ну а здесь то за что?

*- Дак за тоже, кто-то написал о том, что у меня на "матроске" произошло ...

- Да ну Серёга, не думаю. Все эти предъявы на счёт того, что ты "обиженный", это просто был предлог, что бы тебя типа за "петуха" в хате держать, а всё остальное, их не не трахало! А как до ментов дошло, сам с хаты сломился?

*- Да нас вывели в коридор из хаты, чтобы шмон сделать, ну я подошел к вертухаю и сказал, что больше в камеру не вернусь, и всё ему рассказал. Меня заводить обратно не стали, посадили в "стакан" (камера примерно метр на метр) на два часа, а потом сюда закинули.

Я слушал Сергея и представлял себе, через какой ад прошел этот мальчишка. Приходиться многое опускать из его рассказа, скажу только одно, до тюрьмы он был абсолютно здоров. Но судьба с ним сыграла злую шутку. Его неустоявшаяся психика просто не выдержала всего этого кошмара и сломалась. За триадами матюков и впитанного пацановского выпендрёжа, который был только защитной маской и средством держать себя из последних сил в рамках, просматривался простой, несчастный ребёнок с искалеченной судьбой. Он был очень добрым и искренним, хотя старался не показывать это. Наверное потому, что думал - это слабые черты его характера.

Мне не часто в жизни приходилось хвалить себя за поступки. Но каждый день, всё больше и больше общаясь с этими ребятами, я хвалил себя за то, что не смалодушничал тогда.

• Мальчики в тюрьме - продолжение темы
• ПЕДОФИЛИЯ - научный обзор
• Детская порнография и фото лолит....
• Детская проституция - мифы и реальность
• Золотой мотылек: Пуля для подростка
• Тема номера: Мальчишки в тюрьме
• Золотой мотылек: Каждая секунда жизни мне дается с трудом...
• Тема номера: Московские беспризорники
• Свободные Волки - новые беспризорники России
• Тема номера: Мальчики отдельно, девочки отдельно
• Страничка психолога: Швеция - взгляд из кино